Лицам с инвалидностью Слабовидящим

Штурман самолета — доктор медицинских наук, профессор

15.03.2010

В далеком 1943-м ему исполнилось 17 лет, если точнее — 17 лет и 4-и месяца, когда из военкомата пришла повестка о призыве на действительную военную службу. Мы говорим о докторе медицинских наук, профессоре кафедры факультетской терапии СамГМУ, заслуженном враче России, ветеране Великой Отечественной войны штурмане самолета-бомбардировщика-торпедоносца (1945—1947 гг.) кавалере боевых орденов Красной звезды, Отечественной войны II степени, многих медалей Геннадии Петровиче Кузнецове.

В конце 1943 года он расстается с родным городком Барыш, что в Ульяновской области, и становится курсантом училища военно-морской авиации имени Героя Советского Союза прославленного советского летчика С. А. Леваневского. Училище тогда базировалось недалеко от Самары (Куйбышева) в поселке Безенчук.

 

Слово Геннадию Петровичу.

— Прежде чем рассказывать о себе, мне бы хотелось воздать дань памяти моим боевым друзьям, многих из которых уже нет в живых. Кто-то погиб на фронте, кто-то, выполняя тренировочный полет, кто-то умер после войны. И с каждым годом их становится все меньше — что делать время неумолимо. Я склоняю голову перед их светлой памятью...

Училище имени С. А. Леваневского. Никто не забыт...

Итак, вначале несколько слов о самом Сигизмунде Александровиче Леваневском, чье имя носило училище. Прожил недолгую (всего 35 лет), но яркую жизнь. Звание Героя Советского Союза получил вместе с пятью прославленными летчиками А. Ляпидевским, М. Водопьяновым, В. Молоковым, Н. Каманиным, И. Дорониным, спасшими команду и пассажиров парохода «Челюскин.

По данным Центрального военно-морского архива за 1941—1944 гг. училище подготовило для фронта 477 летчиков, 376 штурманов и 969 стрелков-радистов. За годы войны 19 его выпускников удостоены звания Героя Советского Союза.

Именем Леваневского названы школы, аэроклубы, улицы и училище, в котором мне довелось учиться. Курс обучения был рассчитан на 6 месяцев. График занятий плотен, нагрузки значительны. Но мы были молоды — рвались к полетам, справлялись, успевали. Ко многому привыкали. Вот только хоронить погибших во время тренировочных полетов своих друзей — товарищей привыкнуть не могли. Сколько же их осталось там, в безенчукской земле, юных, «нецелованных, недолюбивших...» Весной 1944 года, когда встал вопрос о перебазировании училища вновь в город Николаев, в авиакатастрофе на самолете ТБ — 3 погиб весь командный состав училища. Под Безенчуком в те годы вырос небольшой «лес» обелисков с фотографиями молодых, зачастую совсем юных летчиков, так и не успевших сбросить бомбы на фашистов.

Но ведь в конечном итоге нет никакой разницы, погиб ли летчик на фронте или во время тренировочного полета, готовясь на фронт. Он погиб, как солдат, выполнивший свой долг перед Родиной. Матерей тех солдат, теперь уже наверняка, нет в живых, отцы в большинстве своем погибли на фронте, своих детей они едва ли успели завести, потому что было им в ту пору по 17—18 лет. Кто же позаботится об их памяти, об их могилах? Только мы, живые, оставшиеся жить на этой Земле, и живущих сейчас только благодаря тому, что они заплатили за это своею жизнью. Вот почему я благодарен бывшему главе администрации Безенчукского района Александру Константиновичу Кузьмину. В 2000 году в честь 55-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне во многом благодаря его усилий на местном кладбище был торжественно открыт обелиск-памятник погибшим курсантам.

Да, время неумолимо. И совсем мало осталось тех, кто жил в те годы, кто еще помнит о молодых парнях, одетых в форму курсантов, о тех, кто ходил по Безенчукской земле и летал в его небе, о тех, кто после нескольких месяцев обучения улетал на Черное, Балтийское, Северное моря, туда, где шла Великая Отечественная...

Подготовил Владислав Подмарьков
На снимках: курсант Г. Кузнецов. 1944 г., профессор Г. П. Кузнецов. 2010 г.
Фото из личного архива Г. П. Кузнецова